Болота и заболоченные земли в России занимают около 2 млн кв. км, что составляет 12% всей территории. Это дает нашей стране право считаться самой заболоченной в мире.

На болотах стоит второй по значению российский город – Санкт-Петербург. А крупнейшие реки страны – Волга и Дон, а также Яуза берут свое начало именно на болотах.

Долгое время ученые пытались избавить Россию от неприятного болотного душка. Но концепция поменялась: в начале нового века болотам велели быть и процветать.

Вековые гонения 

Пожалуй, ни один элемент экосистемы в России не подвергался таким гонениям, как болота.

Первое масштабное осушение болот в стране началось еще в 1874 году. Процессом мелиорации и окультуривания болот руководил генерал И.И. Жилинский.

Осушение болот активно продолжилось и в советское время. В рамках плана ГОЭЛРО (1920-е) болота осушались с целью улучшения продуктивности лесов.

А в 1960-1970-е годы болотные земли понадобились под сельхознужды. На высвободившихся площадях выращивали самые разные сельхозкультуры.

Очередной удар по болотам нанесло и следующее десятилетие. В 1970-1980 годах болота были превращены в торфяники. Проект имел важное экономическое значение – ведь на торфе тогда работали многие электростанции.

И болота отомстили!

Пересмотреть отношение к болотам заставила проблема парникового эффекта. О ней и, как следствие, глобальном потеплении заговорили еще в 60-х годах XX века. А на уровне ООН проблему глобального изменения климата впервые озвучили в 1980 году.

«Болотные экосистемы выполняют важнейшую роль глобального хранилища органического углерода и стока парникового газа СО2. Это обусловлено крайне низкими скоростями процессов разложения растительных остатков в болотах и их трансформацией в торф, - рассказала сайту «Экология России – нацпроектэкология РФ» руководитель лаборатории микробиологии болотных экосистем в ФИЦ «Фундаментальные основы биотехнологии» РАН Светлана Дедыш. – При осушении болото перестает функционировать как хранилище органики и сток СО2 и, напротив, превращается в мощный источник поступления СО2 в атмосферу. Помимо этого, сухой торф подвержен возгоранию, что делает осушенные болота и торфяники уязвимыми для пожаров».

Первые тревожные звоночки в России прозвучали еще летом 1972 года. Тогда в подмосковной Шатуре вспыхнули самые масштабные в истории региона лесоторфяные пожары.

В памяти современного поколения – лесоторфяные пожары жаркого лета 2010 года, когда дымом заволокло половину Москвы. Именно тогда столичные жители впервые массово надели маски. Но это не помогло.

По официальным данным, только за август 2010 года прирост смертности на европейской части России составил 50 тысяч человек, а в Москве – 10-11 тысяч. Именно после этого на федеральном уровне была принята программа обводнения торфяников. 

Немецкий опыт для российских болот

Россия – далеко не единственная страна в мире, которая пыталась избавиться от болот.

Похожий путь прошла и Германия. О восстановлении болот там задумались чуть раньше, и теперь готовы поделиться.

«В Германии есть проект, который называется Международная климатическая инициатива. Он предусматривает финансирование «зеленых» проектов в развивающихся странах и странах с переходной экономикой, – рассказала Deutsche Welle эксперт Wetlands International (компании-участника программы восстановления болот – ред.) Татьяна Минаева. – В целом проект финансируется за счет Международной климатической инициативы. Это 6,5 млн евро технической помощи. Вторая часть – это со финансирование со стороны России, которая выделила огромную сумму в 6,8 млрд рублей».

Что именно делают специалисты? Для осушения болот раньше вырывали канавы, по которым уходила вода. Теперь эти канавы перекрывают и строят перемычки в специально рассчитанных местах, рассказала Татьяна Минаева. В результате, через какое-то время вода начинает распределяться назад в торфяную залежь, а торф опять насыщается водой. 

Таким образом с 2011 по 2018 годы удалось снизить пожарную опасность на площади более 100 тысяч гектаров в Московской, Псковской, Владимирской, Нижегородской, Тверской, Рязанской, Калужской, Калининградской областях, а также в Республике Башкирия.

Например, в Окском заповеднике в рамках Международной климатической инициативы вторично обводнили черноольховое болото около села Городное.

В конце XIX века экспедицией уже известного нам генерала Жилинского была предпринята попытка приспособить мещерские топи под нужны сельского хозяйства. 

Спустя больше чем 100 лет болото получило шанс на вторую жизнь. Специалисты отметили интересный факт: после того, как люди начала обустраивать мелиоративные каналы, бобры построили свои плотины в 100 метрах от первых двух перемычек. Можно сказать: проект одобрили, говорят сотрудники заповедника, и даже в нем поучаствовали.

Вопросу болот придали особый статус

Немецкие технологии придут и в другие заболоченные российские регионы. Об этом в 2019 году договорились глава Минприроды России Дмитрий Кобылкин и министр экономического сотрудничества и развития Германии Герд Мюллер на заседании Российско-Германского координационного совета в области охраны окружающей среды.

«Цель проекта «Восстановление торфяных болот в России» — обводнение выработанных торфяных болот, – рассказали в департаменте международного сотрудничества Минприроды России. – Это способствует оптимизации экосистемных услуг и повышению пожарной безопасности, а также смягчению последствий изменения климата и сохранению биоразнообразия».

Достигнутые договоренности еще раз подтвердили и осенью 2020 года. На первом после карантина совещании было решено  возобновить работу рабочего органа в рамках Соглашения Российско-Германского Координационного Совета в возможно сжатые сроки.

Поделиться




Все мнения