Группа компаний «Росводоканал» - крупнейший российский частный оператор в сфере водоснабжения и водоотведения. Предприятия группы обеспечивают доступ к чистой воде для восьми с половиной миллионов пользователей в городах присутствия
Историческое наводнение в Тюмени
Тюмень – один из городов, за водоснабжение которого отвечает «Росводоканал». В июле 2026 года там был введено ЧС из-за летнего паводка, который стал вторым за всю историю по уровню воды. Регион до сих пор переживает последствия наводнения, когда Тура вышла из берегов и более двух недель держалась на критическом уровне. Ливни и аномальная жара усугубили ситуацию, в реку смывало органику, массово гибла рыба, а у людей из-под крана текла вода «с душком», «Росводоканалу» пришлось установить десятки временных колонок и открыть сотни мобильных пунктов набора питьевой воды. Сергей Кржановский комментируя ситуацию, сказал, что, если бы не модернизация очистных в Тюмени, которая прошла несколько лет назад, ситуация могла быть еще хуже.
«Сооружения водоподготовки справились. Но качество воды, которое пришло с паводками на эти сооружения, оно было настолько плохим, содержало такое количество органики, что сопровождалось запахом, о котором сообщали жители. Мы постоянно вели лабораторные заборы вместе с Роспотребнадзором на предмет безопасности воды, но, так называемые, осязаемые характеристики, да, были нарушены. Мы до конца не понимаем, что несло сверху течение Туры. В результате природной стихии произошло резкое ухудшение сразу по целому комплексу показателей. Наши сооружения работали в условиях аномально повышенной нагрузки. Если говорить о нормативах, то, например, цветность исходной воды в реке была превышена в шесть с половиной раз, а уровень растворённого кислорода снизился до практически нулевой отметки», – рассказал Сергей Кржановский.
В итоге специалистами «Росводоканала» был задействован весь комплекс доступных в России технологий и решений водоподготовки: поэтапное обеззараживание, коагуляция, аммонизация, обработка воды активированным углем и перманганатом калия, аэрация, были увеличены дозы реагентов и усилена промывка отстойников.
«Сегодня по официальным данным Роспотребнадзора по Тюменской области можно сказать, что угроза распространения инфекционных заболеваний была ликвидирована, мониторинг за качеством воды усилен. Безусловно, во время проектирования сооружений водоподготовки закладываются и учитываются сезонные колебания. Но здесь мы имеем дело с таким понятием, как форс-мажор, обстоятельства непреодолимой силы. Подобную ситуацию, только еще более сложную мы пережили два года назад в Оренбурге, это тоже наш регион. Там приходилось спасать структуру водоснабжения», – отметил Сергей Кржановский.
Чуть меньше строгости. О чем просят водоканалы
В августе издание «Известия» опубликовало информацию, что коммунальные предприятия хотят освободить от платы за экологический ущерб из-за сбросов канализационных стоков. Авторы этого предложения полагают, что у водоканалов не хватает ни средств, ни отведенного времени на модернизацию изношенных сетей, при этом, нагрузка на них растет. Известно, что Счетная палата России дала отрицательное заключение на эту инициативу, сославшись на закон «Об охране окружающей среды». Он предписывают соблюдать требования, а за причиненный вред и ущерб экологии платить штрафы. С одной стороны, понятно состояние наследия, которое зачастую эксплуатируется еще с советских времен, а, с другой стороны, насколько можно полагаться на ответственность водоканалов, если такой допуск на сбросы все-таки введут?
«Эту инициативу мы называем синхронизацией ответственности. Мы должны выполнить ряд мероприятий в рамках концессионного соглашения, например, в течение трёх-четырех-пяти лет, которые позволят нам повысить качество стоков и устранить все недоделки. А по экологическому законодательству нам предъявляют требования сразу. Получается, что даже с технологической точки зрения настроить работу очистных нереально. Я поясню, что, по сути, все водоканалы у нас в стране были и продолжают оставаться как стратегические объекты в собственности муниципалитетов или субъектов Российской Федерации. Они управляются в основной своей массе через муниципальные унитарные предприятия. То есть сегодня рынок частных водоканалов – это 35-36 процентов. И вот мы как частная компания заходим на правах концессионера в муниципальный водоканал и ожидаем, что вся эта документация, например, с разрешениями на сбросный объект, должна быть оформлена соответствующим образом, чтобы мы переоформили ее на себя. Но ее в моменте не оказывается, просто они ее вовремя не получили и их за это не оштрафовали. А к нам уже через месяц приходят контролирующие органы, потому что мы частная компания, – рассказывает Сергей Кржановский, – мы же не говорим о том, чтобы снижать требования к качеству воды, уменьшать санкции, но дайте нам 12-18 месяцев отлагательного периода. При этом придите к нам через полгода, мы вам покажем, что мы не сидим, не ждём, а уже приступили к оформлению документов, запустили все процессы и так далее».
Если говорить про управление, то в отличие от МУПов и ГУПов, частные компании, по мнению Кржановского, более мотивированы и эффективны. С одной стороны, это полная модернизация инфраструктуры, с другой, зарабатывание денег. Привлекаются средства институтов развития, формируется нетарифный бизнес, это когда не с прямых платежей населения, а с инвестиционных создаются лаборатории качества воды или проектные институты.
«Конечно, действует федеральная программа модернизации коммунальной инфраструктуры, но в ее рамках выделяются совершенно незначительные суммы в масштабах страны, которые не позволяют решить задачу по замене сетей, по повышению качества, надёжности, по снижению потерь и повышению энергоэффективности», – уточняет собеседник нашего издания.
Разумеется, что на фоне развития бизнеса, а тем более в такой жизненно необходимой сфере, как водоснабжение и бесперебойный доступ к чистой воде, могут возникать опасения у потребителя – насколько стабильна и ценовая политика, и само обеспечение водой у частных компаний?
«Во-первых, нас полностью контролирует публичная сторона, это концессионер, муниципалитет и субъект. Мы каждый год отчитываемся о выполнении мероприятий инвестпрограммы, о ключевых показателях повышения качества надежности и энергоэффективности. Если мы их не выполняем, то с нами могут расторгнуть концессию. И, это, безусловно, тарифы. И здесь с точки зрения влияния и контроля нас проще проконтролировать, чем какой бы то ни было МУП или ГУП», – ответил Кржановский.
Водообеспечение – благодарный бизнес?
«Хочется верить, что да. Он сложный, потому что ЖКХ это не что-то такое привлекательное, если говорить про какие-то новые технологии, инновации и всё остальное. Хотя как раз, мы их и привносим опять же в эту достаточно сложную и консервативную отрасль. Мы работаем с искусственным интеллектом, внедряем новые системы управления, повышения эффективности, производительности труда и так далее. Тот, кто не хочет делать, он будет сидеть ждать, и будет всё делать в ночь перед Рождеством. Понимаете? А мы можем сейчас уже многое развивать», – рассказал Сергей Кржановский.
Ярким примером технологического развития «Росводоканала» стало строительство и запуск водозабора «Южный» на Сахалине. Он обеспечивает чистой водой 65 тысяч человек. Это высокотехнологичный комплекс с уникальными решениями. Например, резервуары чистой воды – крупнейшие на острове. Для их строительства металлические листы везли через всю страну, для перевозки понадобилось 9 вагонов. Там же установлены первые в России сейсмостойкие насосы по 400 кВт, спроектированные специально для острова.
«Мы пытаемся осуществить переход от реактивного управления отраслью к предикативному. Мы устанавливаем датчики на водозаборах, которые позволяют нам в онлайн-режиме оценивать ситуацию конкретной скважины, состояния трубы, насоса, давления, использования электричества, подготовки воды и так далее. Это позволяет не только решать локальные задачи, когда у нас уже что-то случилось, но и осуществлять плановые ремонты. Опять же, мы используем, например, телеметрию, роботов, которые ездят по трубе, смотрят её состояние, выясняют, где что не так», – рассказал собеседник.
Как меняется отношение к воде?
«Я вижу, что внимания становится больше. И со стороны Правительства оно растет, и это заметно в последние два-три года. К воде как к ресурсу, который, действительно, может быть конечен. Есть понимание, что его нужно правильно расходовать, нужно бороться с потерями этой воды. Это вот как раз, когда мы говорим про модернизацию. И то, что делает наша компания в экологическом просвещении и проектах – это тоже поднимает уровень сознательности. Это и наши аудиоспектакли «Путь воды», и акция «Эковолна», когда мы очищаем водоёмы, берега рек от мусора. И, конечно, самые разные площадки, на которых сегодня рассматриваются вопросы, связанные с водой и экологией. Это опять же целый ряд программ, в том числе федеральных – «Вода России», «Чистая вода». По моим ощущениям, тема звучит очень интенсивно», – поделился наблюдениями собеседник издания.
Одним из показателей ответственности компаний являются экологические рейтинги. До недавнего времени все равняли себя на мировой ESG, в последние годы на авансцену вышел отечественный ЭКГ («Экология-Кадры-Государство»). К объективности и методологии рейтингов можно относиться по-разному, но они позволяют, по крайне мере, увидеть усилия компаний в экологическом и социальном благополучии на территории их присутствия.
«Мы поддерживаем различные акции, это для нас системная, целенаправленная работа. Но она не для того, чтобы получить очередной плюсик или галочку в рейтинге. Все наши экологические проекты, которые мы сегодня реализуем, направлены, прежде всего, на сокращение ущерба, который причиняется, например, при авариях на очистных сооружениях или залповом сбросе сточных вод предприятиями. Мы как большая федеральная компания, должны участвовать в этой работе, демонстрировать свои лучшие практики. Я помню, когда только начинался рейтинг ЭКГ, я слушал про опыт других компаний и думал, а как нам где-то еще подрасти, что-то усилить с точки зрения корпоративной и социальной ответственности. Это своего рода матрица, которая задает ориентиры. Поэтому ещё раз подчёркиваю, это не рейтинг ради рейтинга, это системная работа для наших пользователей, которых сегодня у нас уже больше 8,5 миллионов человек», – рассказал Сергей Кржановский.
Записала интервью Ольга Стрелкова
