Теме Каспия посвятили целое заседание Научного совета Отделения наук о Земле РАН «Водные ресурсы суши». Вот и его руководитель, член-корреспондент РАН Виктор Данилов-Данильян сразу сказал, что проблема Каспийского моря одновременно и интересная, и сложная. И, если еще пятьдесят лет назад можно было как-то разобраться с периодичностью колебаний моря, выстроить закономерности, то сейчас на это всё накладывается «нервозность климата», неравномерный характер его изменения. Бесчисленные случайные факторы усложняют задачу по выстраиванию прогностических моделей.
Каспийское море — это крупнейший на Земле замкнутый водоём. Из-за своих размеров и особенностей он называется морем, но по географической сути является озером. Оно расположено на стыке Европы и Азии, омывая берега России, Казахстана, Туркменистана, Ирана и Азербайджана. Водоём вытянут с севера на юг и делится на Северный, Средний и Южный Каспий, различающиеся по глубине и солёности воды. По данным наблюдательных станций, средний уровень моря на конец 2025 года составил 29,4 метров. Ученые говорят, что в этом году можно ожидать поднятие уровня на полметра из-за снежной зимы. В Каспий впадает более 130 рек, крупнейшая из которых — Волга, обеспечивает 80% пресной воды.
Понять Каспийское море пытаются с прошлого века, когда к 70-м годам его уровень упал на три метра, а потом до 1995 года начался его стремительный и неожиданный для ученых подъем, что привело к затоплению территорий. Сейчас у моря снова фаза падения. На заседании Научного совета даже обратили внимание на то, что три региона в России из-за того, что вода отошла от берегов, приросли в сухопутной территории – Астраханская область более, чем на 3400 кв. км, Республика Калмыкия – более, чем на 1600 кв. км, Республика Дагестан – на 1300 кв. км.
Итак, начало XXI века ознаменовалось устойчивым трендом на падение, который привел к обновлению исторического минимума. Что дальше? Доктор технических наук, главный научный сотрудник Института водных проблем РАН Михаил Болгов сообщил собранию ученых, что давать надежный и долгосрочный прогноз по Каспию не совсем благодарная работа. Он объяснил это «большим размахом естественных колебаний уровня моря, вследствие замкнутого характера водоёма», «отсутствием методов адаптации экономики и социальной сферы к непредсказуемым долгопериодным колебаниям», ограниченными знаниями по мониторингу, балансу морю, силе антропогенного воздействия от стран-соседей. По словам Болгова, например, нет данных от Ирана – сколько воды он забирает из Каспия, а Азербайджан, если в 90-е годы еще сообщал о своем водохозяйственном балансе, то сегодня от него тоже нет исчерпывающей информации. На этом фоне ученый упомянул и о возможных политических рисках. Если единое информационное пространство на Каспии, подкрепленное Конвенциями и Соглашениями, прекратит свое существование, как дальше будет строиться диалог по водному трансграничному объекту? Не возникнет ли глобальный репутационный риск с повторением судьбы Аральского моря, например…
Кстати, не забывать о поучительных процессах на Аральском море призвал один из ведущих экспертов по проблемам современного Аральского моря, и.о. директора Института океанологии им. П.П. Ширшова Петр Завьялов. Он провел аналогию между двумя водоемами. Аральское море устроено так, что у него есть глубокий западный бассейн и мелководный восточный. На Каспии основным испарителем является часть Северного Каспия, так вот, как меняется циркуляция течения и обмен между ним и основным водоемом – еще не изучено. Эти сценарии надо моделировать и проводить океанологические измерения. Также надо изучать подземный сток в Каспии, об этом мало сегодня говорят. Будет ли он увеличиваться по образу некого гидравлического механизма, когда Каспий ежегодно теряет 30-40 куб. км в год, как будет водный баланс внутри моря реагировать на дальнейшие изменения?
Слишком много вопросов и задач, поэтому вполне объяснимо, что у Петра Завьялова родился слоган, которым он и поделился во время дискуссии – «Предсказать непредсказуемое».
Ученые сошлись во мнении, что нужна комплексная программа по изучению Каспия и мерам по минимизации негативных последствий. А еще хорошо бы разработать единый национальный прогноз для международной риторики, потому что источников данных много и они разнятся.
Ольга Стрелкова
