Об этом заявил в эфире сессии «Морские охраняемые районы Арктики и Антарктики» Борис Соловьёв, исследователь Арктики и Антарктики, координатор проектов WWF России. Мероприятие прошло онлайн в рамках программы Международного арктического форума «Арктика – территория устойчивого развития, гармонии природы и человека. Антарктида — 200 лет открытий».

«С появлением осознания того, что ресурса океана не безграничны, и океан в определенных аспектах оказался даже более уязвим, чем суша, стали искать инструменты, которые бы позволили как-то его сохранять и восстанавливать. И в качестве одного из наиболее эффективных инструментов была признана территориальная охрана», — подчеркнул координатор проектов WWF России Борис Соловьев, предваряя свой рассказ о так называемых МОР — морских охраняемых районах.

Согласно определению Комиссии по сохранению морских живых ресурсов Антарктики (АНТКОМ), морской охраняемый район (МОР) представляет собой морской район с определенными границами, обеспечивающий охрану всех или части находящихся в нем природных ресурсов с помощью юридически обязывающих правил. В пределах МОР проведение конкретных видов деятельности либо ограничивается, либо запрещается для того, чтобы достичь определенных целей, относящихся к сохранению, защите местообитаний, мониторингу экосистемы или управлению промыслом.

В морских охраняемых районах не обязательно исключается проведение промысла, исследований или других видов деятельности человека; наоборот, многие МОР представляют собой районы многоцелевого назначения.

Ещё в начале XXI века доля таких районов была лишь менее 1% от общей площади акватории морей и океанов на Земле. «Это были какие-то совсем небольшие заливы или участки вокруг островов», — констатирует Б.Соловьев. Однако по мере того как подтверждалась эффективность МОР в сохранении биоразнообразия, таких мест становилось всё больше и больше. Сейчас их совокупная площадь достигает 7,5% от общей площади акватории.

«Стало понятно, что МОР работают наилучшим образом, если они образуют систему, или другими словами, сеть. Причем эти сети, если они грамотно спланированы, никак не противоречат экономическому развитию региона. Потому что они имеют различные режимы, и далеко не всегда подразумевают полный отказ от добычи морских биоресурсов. В некоторых местах, конечно, нужно полное заповедание, в других же районах достаточно сезонных ограничений или ограничения отдельных видов хозяйственной деятельности», — сказал также Б.Соловьев.

В России, по словам эксперта, из всех возможных режимов МОР пока работают, в основном, только режимы особо охраняемых природных территорий (ООПТ). Их общая площадь в России около 3%, что меньше, чем в ряде других стран. Однако в 2017 году было проведено масштабное исследование, в котором участвовало более 30% российских ученых-специалистов по всем областям знаний, связанным с морскими экосистемами Арктики. Используя наилучшие доступные технологии, данные и методические подходы, ученые выделили сеть районов, приоритетных для сохранения биоразнообразия и мониторинга в арктических морях. Они составили около 25% всей площади российской акватории арктических морей. Для этих районов были прописаны все необходимые меры охраны, все нужные ограничения и другие особенности.

«Таким образом, Россия первой из всех арктических стран разработала такой проект системы морских охраняемых районов. Этот проект был настолько хорошо признан мировым сообществом, что на его основе был сделан подобный проект, который сейчас реализуется и для всей Арктики в целом, и российские ученые там играют ведущую роль», — констатировал эксперт WWF.

Для того чтобы морские охраняемые районы работали эффективно, по словам эксперта, их необходимо создавать в рамках системного планирования и не рассчитывать на то, что они дадут мгновенный эффект. «МОР не должны быть средством пожаротушения, купирования каких-то уже острых угроз: это не инструмент экстренной защиты, а способ поддержать биоразнообразие в долгосрочной перспективе», — уточнил Борис Соловьев в своем выступлении.

Российский арктический проект — это первый опыт системного планирования сети МОР в масштабах целого океана. Однако наши ученые на этом не остановились и ведут разработки по созданию такой сети в дальневосточных морях.

Как сообщила на этой же сессии Мария Воронцова
(кандидат биологических наук, международный эксперт, участник заседаний международных конвенций OOН), сейчас идет работа над новой международной конвенцией «об охране морских ресурсов за пределами экономической зоны». К сожалению, работа над конвенцией застопорилась из-за коронавируса — она, по словам М.Воронцовой, должна была быть принята уже в сентябре этого года, однако пока отложена на неопределенный срок. Будучи всё же принятой, новая конвенция станет важным инструментом в регулировании использования ресурсов океанов. В частности, эта конвенция поможет более активно создавать морские охраняемые территории в открытых морях.

В идеале к 2030 году в мире 30% территории суши и 30% акватории морей должны быть охраняемыми. Многие страны уже принимают на себя эти обязательства в рамках исполнения международной Конвенции по биоразнообразию. Россия сегодня является одним из лидеров в работе по приданию ценным участкам акватории морей и океанов охранного статуса.

Поделиться




Все мнения