Более 30 лет Юрий Буйволов работает в заповедной системе России и специализируется на стратегическом управлении природными территориями. Мы попросили его рассказать о том, как формируется российская система управления ООПТ, что необходимо для разработки успешной модели и каких директоров ценят на местах.

У ИСТОКОВ

Я с детства любил природу: ходил с мамой по грибы, собирал лесные ягоды, рыбачил с друзьями. А в 15 лет записался в биологический кружок ВООП Дарвиновского музея. Там был задан жизненный ориентир известными деятеля ми охраны природы и учеными в области экологии, орнитологии, географии, такими как Алексей Владимирович Яблоков, Николай Николаевич Дроздов, Юрий Георгиевич Пузаченко, Юрий Соломонович Равкин.

Юннатское отрочество во многом определило мою последующую жизнь, друзей и дальнейшую работу в сфере охраны и изучения природы. Именно с изучения окружающего мира начинается любовь к природе.

НАСЛЕДИЕ

Управление ООПТ в каждой стране имеет свои особенности. В СССР работа строилась на директивной системе, на «внеэкономической экономике» – с упором на личностные качества руководителя, партийное руководство, мобилизацию, а иногда эксплуатацию энтузиазма.

За 30 лет в России произошли большие изменения. С одной стороны, это экстенсивное развитие системы с начала 1990-х годов – создано много новых ООПТ различных категорий. С другой стороны, изменение управленческой парадигмы, с чем связаны рост общественного интереса к заповедному делу, развитие экопросвещения и экотуризма, тренды на экологичность, ответственное потребление и т. д.

Но трудно делать все и сразу, да еще и оптимальным образом, поэтому процесс формирования эффективной системы управления ООПТ России был непростым и продолжается до сих пор.

ЛЕТОПИСЬ ПРИРОДЫ

Заповедная система СССР отличалась высоким уровнем экспертной поддержки. Научные сотрудники тщательно собирали данные о состоянии природы. В 1930-х годах это направление оформилось в научную программу «Летопись природы». В результате собраны уникальные данные о состоянии заповедной природы. Мы можем отследить, как изменение климата, загрязнение окружающей среды и другие факторы воздействуют на состояние экосистем и их компонентов.

Это наше научное наследие, такого объема данных нет нигде в мире! Сегодня эти исследования продолжаются. И по этой программе мы работали в Приокско-Террасном заповеднике. Сотрудникам научного отдела удалось восстановить и опубликовать на международных ресурсах 90% данных, собранных исследователями за 75 лет работы ООПТ.

ЗАРУБЕЖНЫЕ КОЛЛЕГИ

Я участвую в международном проекте «Летопись природы Евразии: крупномасштабный анализ изменяющихся экосистем» (Eurasian Chronicle of Nature – Large Scale Analysis of Changing Ecosystems, ECN). Его инициатором выступает группа ученых Университета Хельсинки. Цель проекта – актуализация данных о состоянии экосистем, собранных по программе «Летопись природы» и иным научным программам на территории Северной Евразии в границах СССР, Польши и Финляндии.

Эти данные необходимо оцифровать и актуализировать в текущих научных исследованиях. Также в рамках проекта обсуждаются новые методы экомониторинга на ООПТ, вопросы состояния природных объектов и их будущего. Для меня это особенно интересно, потому из 35 лет активной природоохранной деятельности около 20 лет я работаю именно в этой области.

ЭФФЕКТИВНАЯ МОДЕЛЬ

Опорные вопросы в области охраны природы не теряют своей актуальности уже более 20 лет.

  • Как обеспечить баланс между охраной и использованием ресурсов и ценностей ООПТ.

  • Как сделать процесс управления ООПТ более эффективным.

  • Какие технологии применять для сохранения желательных качественных параметров экосистем и их компонентов.

  • Как избежать конфликтных ситуаций в сфере охраны природы.

Что и как на ООПТ необходимо отслеживать, какие методы наблюдений и оценки состояния использовать.

Например, нацпарк – это не только площадка для сохранения природного и культурного наследия, но и точка притяжения экотуристов. И здесь необходимо соблюсти баланс между охраной экосистемы и коммерческой деятельностью: вместе с местными жителями искать компромисс и находить консенсус. Важно достигать ожидаемого природоохранного эффекта при получении максимальной прибыли с вложенной единицы средств. Это возможно только с помощью качественного долгосрочного планирования деятельности.

Процесс внедрения управленческих решений описан в международном стандарте ISO 14000, принятом и в России. Для системы управления ООПТ требования остаются те же, но больше, чем в коммерческих организациях, внимание нужно уделять открытости процесса.

ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ ОПЫТ

В конце 1990-х я участвовал в разработке Стратегии управления национальными парками России. Основные положения стратегии были нами апробированы в модельном проекте создания планов управления на примере нацпарков «Кенозерский», «Смоленское поозерье», «Угра», «Плещеево озеро», «Шушенский бор», «Русский Север». Полученный опыт был обобщен в серии методических книг к стратегии, одна из них – «Как создать план управления парка».

Сегодня национальные парки «Кенозерский», «Смоленское Поозерье» и «Угра» – одни из лучших современных природных территорий России, полностью соответствующие международным требованиям к управлению. Помимо вышеперечисленных нацпарков, планы управления были разработаны в ЦентральноЛесном, Катунском, Кроноцком, Байкальском и Лапландском заповедниках, в нацпарках «Русская Арктика», «Валдайский», «Себежский» и в природных парках «Быстринский» и «Налычево» на Камчатке.

КЛЮЧЕВОЙ ПРОЕКТ

Меня пригласили в группу экспертов по подготовке проекта Стратегии развития системы особо охраняемых природных территорий Российской Федерации на период до 2030 года. Мы стремимся учесть все современные международные и российские тенденции и создать прогрессивный работающий документ. В нем будут отражены актуальные вопросы, касающиеся поддержки науки и формирования такой системы планирования и управления, при которой местные жители смогут получить реальную выгоду от работы ООПТ.

В разрабатываемой стратегии я отмечу два новых аспекта. Первый – это задача учета экосистемных услуг ООПТ, внедрение монетарного подхода для усиления управления, а второй – в необходимости учета глобального изменения климата, в управлении ООПТ, мониторинге, научных исследованиях, профилактике пожаров и др.

Также затрагивается важный вопрос – принятие официальной методики экологического аудита и оценки эффективности ООПТ. Надеюсь, это поможет природоохранному делу освободиться от произвола отдельных, часто не вполне компетентных, чиновников контролирующих органов.

ПЛАНЫ

Я мечтаю о двух вещах. Первая касается науки. Хочу поучаствовать в разработках методологии мониторинга биоразнообразия будущего на основе новых технологий секвенирования и искусственного интеллекта. Эти исследования легли в основу проекта Lifeplan Университета Хельсинки.

Во-вторых, увидеть реализацию технологии долгосрочного и среднесрочного планирования управленческих действий на основе вовлечения заинтересованных сторон в процесс планирования. Сейчас часто это называют на английский манер «партисипаторный процесс планирования». Сегодня в мире менеджмент-план ООПТ – это общепризнанный эффективный инструмент природоохранного управления. У нас же главные инструменты – это управленческая команда и ее директивы. Мудрые энтузиасты своего дела, объединенные рукой талантливого директора, – от них зависит будущее каждой отдельно взятой охраняемой природной точки. Но нередко в директора назначают специалистов из других сфер, и если нет таких инструментов, как план управления, методика оценки эффективности ООПТ и экологический аудит, то возникает проблема с преемственностью и целесообразностью управленческих решений.

 

Поделиться
Все мнения