Редакция портала «Экология России» – нацпроектэкология РФ» продолжает серию бесед с директорами российских заповедников и национальных парков.

Сегодня поговорим о национальном парке, который стал домом для крупнейшей группировки мохнатых великанов – европейских зубров. Как удалось увеличить численность стада этих животных, когда-то находившихся на грани вымирания, показывают ли зубров туристам, и какими еще интересными просветительскими и туристическими активностями может похвастаться ООПТ – поговорим об этом с директором национального парка «Орловское Полесье» Олегом Пригоряну. 

– Олег Михайлович, все интервью в этой серии мы начинаем с традиционного вопроса. Если бы вас попросили назвать три самых ярких особенности вашего национального парка, которые отличают его от остальных ООПТ, что бы это было?

– Конечно, когда слышат «Орловское Полесье», чаще всего вспоминают зубров. У нас самая крупная в стране вольноживущая популяция.

Во-вторых, это тургеневские места. Именно здесь этот великий писатель создал свои «Записки охотника». В общем-то, для любого увлеченного классической отечественной литературой жителя страны эти места представляют интерес: если вы внимательно читали «Записки», то до сих пор можете узнавать что-то знакомое в этих местах. И даже в какой-то степени узнавать тех людей, которых описывал Тургенев.

Ну и в-третьих, я бы назвал родники. У нас действительно очень красивые родники, и главный из них – это Святой источник, который функционирует уже больше ста лет. Он расположен на зандровых песках – это большие песчаные пространства, представляющие собой отложения древних ледниковых потоков. Выглядит все это невероятно красиво. На летний праздник Казанской иконы Богородицы приезжает очень много людей. По поверью считается, что этот ключ забил из земли, чтобы привлечь внимание местных жителей, и вскоре там нашли икону Казанской Божьей Матери.

Есть у нас родники и симпатичные, и даже забавные. Например, очень живописны ключи в пруду Рясник, родник Борякинский. А есть родник, мы, правда, не организуем туда массовое посещение, под названием Тухлый. Как можно понять из названия, вода там содержит сероводород. Конечно, невкусная, но зато вполне может применяться для лечения легких форм заболеваний ЖКТ. Все родники немного разные, с разным химическим составом, и многие минерализованные, то есть имеют оздоравливающий эффект. 

А самый впечатляющий родник, а точнее, группа родников, у нас находится на границе национального парка, в деревне Нижняя Шкала. Мы называем их «три брата». Это три дома, из-под которых бьют очень серьезные ключи, и практически сразу сливаются в крупный ручей, или даже можно сказать, маленькую речку, шириной 1,5-2 метра. Можете себе представить, это довольно редкое явление. Состав воды «трех братьев» тоже очень интересный. Каким бы жарким летом вы не пили воду оттуда, после этого у вас ни за что не заболит горло. Еще в 1995 году мне рассказала про эту особенность старожил той деревни бабушка Лиза, и с тех пор я не раз проверял – так и есть. 

– Наверное, для туристов самое привлекательное, за чем они чаще всего приезжают, это все же не родники, а возможность посмотреть вблизи на зубров, пофотографировать их. Могут ли сейчас туристы приехать в гости к зубрам, пускают ли в этом году на подкормочные площадки?

– Да, посетители как раз могут встретиться с зубрами именно зимой. Сейчас мы возобновили экскурсии, хотя какое-то время в 2020 году они были, конечно, закрыты из-за коронавирусной инфекции. Переболел и кое-кто из наших сотрудников. В прошлом году на подкормочные площадки приезжало очень много экскурсантов, наверное, и в этом году было бы много, но мы не могли рисковать.

Сейчас после новогодних праздников и вспышка среди наших сотрудников, к счастью, отступила, и в регионе в целом ситуация чуть лучше. Поэтому с зубрами снова можно встретиться.

На Авдеевских подкормочных площадках, куда мы привозим туристов, зубров ждет зерно и сено. Когда на территории парка холодно, глубокий снежный покров, нашим зубрам становится труднее добывать еду; так что они активно интересуются площадками и постоянно туда подходят. Именно там их и могут увидеть наши гости. 

– В открытых источниках есть информация, что популяция зубров в «Орловском полесье» является крупнейшей в России и занимает второе место в мире после Беловежской Пущи. А есть шансы когда-нибудь выйти на первое?

– Вот насчет второго места я бы и сейчас уже поспорил. Так исторически очень удачно сложилось, что три особо охраняемых природных территории, где охраняют европейского зубра, расположены по соседству друг с другом – большим вытянутым с юга на север кластером. На самом юге как раз мы, «Орловское Полесье». Севернее нас идут «Калужские засеки», а наиболее северный из трех национальный парк «Угра».

Все это на самом деле один громадный лесной массив, так называемые Брянские леса, которые тянутся на несколько сотен километров и заканчиваются в Московской области. Поэтому и популяция зубров наша – общая! И ее численность в этом году уже будет, наверное, с учетом прироста, самой большой в мире.

Если говорить о популяции, которая фиксируется именно в «Орловском Полесье», в этом году численность явно перевалит за 500 особей. Сказать точно не могу, пока не будут проведены учеты. Но популяция растет, причем и у нас, и в «Калужских засеках», и особенно интенсивно растет в «Угре», потому что там места не только красивые, но и очень хорошие для зубров.

«На троих» у нас более 800 зубров, а значит, «Беловежскую пущу» мы в этом году уже перегоняем. Такой единой популяции нет ни у кого. А размер единой группировки – это более важный показатель, чем, например, общее количество зубров в какой-то стране мира. Потому что именно большая популяция жизнеспособна, гарантирует генетическое разнообразие и стабильное самовоспроизводство. А маленькие популяции в 100-200 зубров, если вы не будете постоянно обновлять им кровь, будут постепенно вырождаться. Поэтому нам есть чем гордиться!

– А что еще вы показываете посетителям, кроме зубров?

– Достаточно много всего. Во-первых, жители Центральной России просто ценят возможность выехать на природу. Ну, а школьники приезжают в наш визит-центр, охотно осваивают наши экологические тропы. Это очень востребовано как дополнительные занятия. Одно дело – провести урок природоведения в обычном классе, а совсем другое – на природе или в специально оборудованном визит-центре, который у нас достаточно современный и привлекательный.

У нас есть учебная экологическая тропа «Сосновый бор» для школьников и студентов, маршрут «Тропами Кудеяра» с легендами об известном разбойнике, тропы «Сахаровские родники» и «Кладовая солнца», очень интересная тропа «Эхо войны» о наследии Великой Отечественной.

Не могу сказать, что к нам приезжают специально через всю страну, как, например, на ООПТ Камчатки, тот же Кроноцкий заповедник. К нам в гости едут, в первую очередь, орловские, брянские, калужские жители – то есть «соседи». И чаще всего цель – просто отдохнуть, зарядиться умиротворением от общения с природой. У нас типично русские пейзажи, красивые сосны, приятный здоровый воздух. Мы идем людям навстречу, оборудовали большое количество площадок, постоянно подвозим дрова, причем цены на них не поднимаем уже два года. Туристы могут просто посидеть у костра, насладиться треском поленьев, пейзажем, даже без всяких экскурсий. 

– Что принес вам 2020-й с его «коронавирусными» ограничениями и новыми реалиями? Помешала ли пандемия каким-то планам развития ООПТ и как рассчитываете с этим справляться?

– С одной стороны, в этом году сильно пострадала наука, потому что были свернуты все «внешние» исследования. Ученые, которые у нас исследуют выхухоль, не смогли приехать. Они, конечно, молодцы и большие подвижники, но рисковать в период эпидемии было нельзя. Поэтому остались, в основном, наши внутренние стационарные исследования, мониторинг. Они довольно скучны для неспециалиста.

С другой стороны, «коронавирусный» 2020 год нам дал понимание того, насколько ценен для людей внутренний туризм именно в таком плане, какой я упоминал в начале разговора. Погулять в лесу, подышать воздухом, послушать птиц, у костра посидеть. Это не тяжелый, не насыщенный туризм, это «туризм выходного дня». У нас в стране внутренний туризм вообще пока на зачаточном уровне, но пандемия, надо сказать, его подтолкнула. 

– Нарушений, наверное, было больше обычного?

– Конечно, раз людей было больше чем обычно, и нарушений было немного больше, чем обычно. Но я не сторонник карательных мер. Злостных браконьеров у нас практически не осталось, чаще всего люди просто заезжали или забредали куда не нужно, мы их разворачивали даже без штрафов, просто с профилактической беседой. У системной природоохраны и так много противников у нас в стране, зачем еще плодить врагов среди местного населения?

Уж лучше каждый день хоть по одному стороннику приобретать. Так что наша команда предпочитает обходиться первой частью изречения Аль Капоне, насчет того, что добрым словом можно добиться больше, чем пистолетом. И в целом, принимать больше посетителей нам понравилось. В ближайшее время этот внутренний туризм нужно всячески поощрять. 

– Не было такого, что в какие-то дни вы не могли справиться с наплывом посетителей?

– Вообще мы до коронавируса считали, что у «Орловского полесья» и так достаточно инфраструктуры для туризма выходного дня. Больше 50 оборудованных точек для отдыха! Казалось бы, очень даже хорошо.

Но оказалось, что в новых реалиях этого явно мало. Надо делать еще костровые точки, надо переходить на новые варианты кемпинговых площадок. У нас есть несколько специальных площадок для размещения палаток, но их тоже нужно обустраивать больше, потому что все больше людей хотят приехать с палаткой на выходные, на одну-две ночи. А понятно, что в условиях ООПТ крайне желательно, чтобы палатки ставили на оборудованных местах с деревянными настилами, чтобы не вредить почве.

– Это все вы планируете делать уже в 2021 году?

– Все это достаточно срочные планы, уже на этот год. Многое, конечно, зависит от финансирования. Надеемся, что получится адаптировать парк под большой поток туристов как можно скорее.

С другой стороны, для меня первичен не туризм, а природоохрана. Ведь мы особо охраняемая природная территория. Туризм – это приятный бонус, который не должен навредить природе, и он стоит все же после охраны экосистемы и экологического просвещения.

Если национальный парк всю инфраструктуру, все услуги будет строить и развивать сам, мне кажется, это тупиковый путь. Я сам в свое время был вынужден строить на территории визит-центр и пожарно-техническую станцию, пройти при этом все круги ада, разрешительную документацию. Можно сказать, был сам себе проектировщиком, сметчиком и строителем в одном лице. У кого-то из директоров это получается более легко, у кого-то нет. Но в целом это неправильно – такие задачи отрывают от охраны природы, науки, просвещения.

Я бы с удовольствием передал часть туристических и околотуристических услуг местному бизнесу. Правда, пока они не стоят в очереди в национальный парк, но микроскопические сдвиги у предпринимателей в сторону работы с нами все-таки происходят. К сотрудничеству мы готовы, и, если в следующем году кто-то изъявит желание, можно вместе с бизнесом сделать для наших гостей что-то привлекательное. Для региона же будет полезнее – будут получать с этого прибыль, создавать рабочие места, и минимально нарушать при этом природную среду, помогать сохранять свое родное наследие. 

– Какие еще планы у национального парка на 2021 год, и пришлось ли их корректировать из-за коронавируса?

– Ну, если бы я каждый год все планы на год сворачивал или корректировал из-за человеческих вирусов, это бы означало, что я плохой руководитель. Мы ничего не меняем ни в направлении охраны, ни в направлении науки. Чуть более активно будем развивать инфраструктуру для туризма «выходного дня», как я уже говорил. Но наша природоохранная деятельность как была, так и будет направлена в первую очередь на то, чтобы обеспечить воспроизводство зубра и остальных краснокнижных видов, сохранить наши ценные экосистемы. Мы учреждение, которое не должно поддаваться конъюнктуре, вот мы и не поддаемся!

Поделиться
Все мнения